upd. Аффтор жжёт…
Он протянул Триксу маленькую, с ладонь размером, книжечку, переплетённую в серую ткань. Зелёной нитью в уголке книжечки было вышито надкушенное яблоко.
- Что это? – восторженно прошептал Трикс.
- Это – твой первый наладонник, – торжественно сказал Щавель. – Малая книга заклинаний. Я туда тебе кой-чего записал на первое время… заклинания для связи, заклинания для ориентирования на местности, музыкальные заклинания – чтобы непринуждённо развлекать публику…
- А боевые заклинания есть?
- Ну… скорее, защитные. Огненная стена.
- Вот это да… – Трикс погладил книжечку по обложке. – А почему тут яблоко?
- Осторожно! – воскликнул Щавель. – Это не просто яблоко, это запечатлитель…
Палец Трикса внезапно кольнуло и яблоко окрасилось красным.
- Ай! – завопил Трикс. – Под обложкой игла!
- Не игла, а магия. Наладонник тебя запомнил, чтобы никто другой не смог им пользоваться! – Щавель покачал головой. – Я только хотел предложить тебе придумать ему красивое имя… Но теперь поздно. Наладонник запомнил первое, что ты произнёс.
- И что?
- Теперь, чтобы открыть книгу, ты должен повторить эту фразу.
- Ай, под обложкой игла? – ужаснулся Трикс. – Это же глупо! Надо мной смеяться будут!
- Возможно, он удовлетворится одним-двумя словами, – предположил Щавель.
- Ай, – печально сказал Трикс, поглаживая обложку. Ничего не произошло. – Ай под…
Книжечка открылась.
- Ну и нормально, – сказал Щавель, пока Трикс с любопытством разглядывал записанные на плотной кремовой бумаге заклинания. – Ай под… Айпод. Нормальное имя для наладонника. Я знаю магов, у которых книгу заклинаний звали «Чтоза», «Блин» или «Уберитеэту».
…
– Да, – подтвердил Щавель. – Волшебники ПВО день и ночь придумывают новые опасности и методы борьбы с ними. Это вечное соревнование меча и щита, нападения и обороны.
– Все равно невозможно предусмотреть все опасности, – сказал Трикс встревоженно. – Почему же враги до сих пор нас не уничтожили?
– Потому что и у нас есть волшебники массового поражения, – ответил Щавель. – Служба их трудна и ответственна. В тайных укрытиях, про которые не знает враг, они день и ночь придумывают атакующие заклинания. И если враг пустит в ход свою магию массового поражения – они нанесут сокрушительный ответный удар. Это так называемая доктрина взаимного магического сдерживания.
– А помаленьку воевать магией можно, ага? – спросил заинтересовавшийся разговором Халанбери.
– Помаленьку можно, – снисходительно ответил Щавель.
– Огненный шар во врага запустить, или дождик из камней на вражеское войско?
– Да.
– А как решить, что еще можно делать, а что уже нельзя?
– Это все решается в рабочем порядке, – уклончиво ответил Щавель. – Скажем, против какого-нибудь мелкого государства, где своих магов раз-два и обчелся, можно почти все. А вот против Самаршана или Хрустальных островов – тут надо поаккуратнее.
– Ага. То есть если могут сдачи дать, то надо быть вежливым? – продолжал допытываться Халанбери.
– Ну… в общем-то да. – Радион почему-то смутился.
– Все как в жизни, – вздохнул Халанбери.
…
– Так что плохого? – удивился Дмак. – Если люди быстро покушают?
– Еда – это процесс обстоятельный и неспешный, – обгладывая ножку, сказал Щавель. – Она предполагает, что люди сидят за столом, общаются, кушают, пьют вино и пиво. После долгой и вкусной еды, после интересной беседы человек встает просветленным и умиротворенным. А если внедрить твое изобретение? Вот ты все время говоришь слово «быстро». Очень опасное слово! Может, ты и еще чего-то изобретал подобного?
Дмак смутился.
– Ну… по мелочи. Например, волновую печку.
– Это как?
– Это железная камера с дверкой. В неё мехами гонят из печки горячий воздух. Тот волнами прокатывается по камере и быстро-быстро нагревает еду. К примеру, можно заранее наготовить чего-то вкусненького. Взять булку, разрезать, внутрь положить котлету и ломтик сыра. А потом, когда захочется есть, за минуту ее нагреть в волновой печке!
– Ужасно! – воскликнул Щавель. – Понятное дело, что булку с котлетой надо нагревать, холодной ее есть не захочется… Но ведь это невкусно и вредно для желудка.
– Не очень вкусно, – признал Дмак. – Но если обильно намазать горчицей или соусом из помидоров, то становится ничего так…
– Что еще ты придумал? – продолжал допрос Щавель.
– Стакан… для питья на ходу. Это стакан с крышкой, туда вставляется соломка… Идешь и пьешь. И не плещется.
– Это может пригодиться для поездок, – чуть смягчился Щавель, стряхивая с рукава мантии расплескавшееся вино. К счастью, дорожная мантия была так засалена, что вино и не подумало впитаться, а каплями лежало на ткани. – Или для симпозиумов. Расхаживаешь по залу, пьешь вино через соломку… Хм. Любопытно. Что еще?
– Быстрая картошка…
– А это как?
– Картошка режется тонкими полосками. И бросается в кипящий жир. Минута – и можно есть!
– Кошмар, кошмар, кошмар! – воскликнул Щавель. – Ты представляешь, что может произойти со страной, в которой начнут так питаться? Люди станут есть на бегу, портя себе желудок. Из-за плохого пищеварения тела их станут жирными и неповоротливыми, характер испортится, зубы придут в негодность, мораль ослабнет. Привычка есть на ходу приведет к постоянной спешке во всех делах. Это будет общество, в котором у людей не останется времени на мудрые размышления, а великими деяниями станут считаться быстрые и некомпетентные решения. Юноша! Прими совет старого волшебника – оставь эти опасные затеи. Твои наставники совершенно верно отказались их принять!
– Все равно рано или поздно так сделают, – упрямо сказал Дмак. – Это прогресс, а его не остановить.
– Лучше поздно! – воскликнул Щавель. – Лучше – не при нашей жизни!
– А я хотел, как денег заработаю, харчевню такую открыть, – признался Дмак. – «Еда на бегу!» Потом, как разбогатею, еще одну. И еще. Быстрая картошка, булка с котлетой, сладкий сок в стаканчике… если много меда класть – то детей не оттащишь!
– Ага, мне нравится! – пискнул Халанбери. Аннет, уютно устроившаяся у него на плече, тоненько хихикнула – чем заслужила строгий взгляд волшебника.
– Эмблемой такой харчевни надо было бы сделать задницу! – съязвил Щавель. – Потому что от такой еды будет неизбежное расстройство пищеварения!
– Ух ты! Задницу! – развеселился Халанбери. – Ага! Мне нравится!
– Детям я бы еще подарки раздавал, – добавил Дмак. – Каких-нибудь куколок. «Десять великих магов», к примеру.
– А в этом какой смысл? – поразился Щавель.
– Дети бы хотели всех десятерых собрать. А я бы сделал так, что в одном городе много фигурок девяти магов, и все ищут десятого – а этих фигурок очень-очень мало. В другом – этой фигурки полно, другого не хватает. И все дети ходили бы и ходили в «Еду на бегу». Ходили бы и ходили. И взрослых тащили.
– Да! – с восторгом сказал Халанбери. – Да, да, да!
– Ты – чудовище! – воскликнул Щавель. – Это… это немыслимо!
– Ну почему сразу чудовище? – обиделся Дмак. – Халанбери я бы все десять фигурок подарил. И еще немножко денег жертвовал бы сиротским приютам. Я же добрый!
Щавель прищурился. И Трикс с ужасом понял, что до Столицы изобретательный Дмак не доедет. Ну, или доедет, но в виде какого-нибудь полезного предмета или маленького забавного животного.
То же самое, вероятно, подумала Аннет – потому что в ужасе закрыла глаза руками.
– А волшебникам, чьи изображения дарятся детям, – ни о чем не подозревая, продолжал Дмак, – я бы платил долю от прибыли. Не очень большую долю, но ведь оборот у меня был бы о-го-го какой!
– И во сколько ты оценил согласие волшебников на подобное предприятие? – презрительно спросил Щавель.
– Полагаю, одна харчевня позволила бы выплачивать сотню.
– Сотню чего?
– Золотых, конечно, – обиделся Дмак.
– Десятерым магам? – прищурился Щавель.
– Нет, не десятерым. Каждому. Но я полагаю, что пятерых магов можно взять из числа покойных. Им ничего платить не надо. А остальным – по сотне… – Дмак подлил в бокал остолбеневшего волшебника вина. – Кстати, господин Щавель… вы, я полагаю, должны непременно быть в числе этих пятерых. Возможно, вы назвали бы и остальные кандидатуры? За консультацию вашу долю можно немного увеличить…
– Это звучит… – Щавель откашлялся. – Звучит любопытно.
(с) Лукьяненко «Недотепа»

Супер!
Теперь я знаю что буду читать в поезде по пути в питер…
Ну, я имел в виду, кого.
Действительно жжот. Я им еще после Лабиринта отражений проникся
Ага, а кто не читал лабиринт отражений, должен немедленно сделать себе харакири со стыда и метнуться искать книжку….